Закончится ли война с Ираном — или перемирие снова сорвется

По мере того как истекает срок двухнедельного прекращения огня, о котором договорились США и Иран, главным остается вопрос, смогут ли стороны заключить соглашение, которое положит конец войне, уже унесшей тысячи жизней и спровоцировавшей глобальный энергетический кризис.

Вероятность такого исхода, по-видимому, выросла после того, как Иран заявил о готовности открыть Ормузский пролив для коммерческого судоходства на время 10-дневного перемирия между Израилем и Ливаном. Именно ограничения на движение через этот водный путь стали самым острым вопросом в отношениях Вашингтона и Тегерана на фоне сбоев в мировых поставках нефти и газа.

Президент Дональд Трамп выражает оптимизм и утверждает, что стороны приблизились к соглашению о прекращении боевых действий. Однако, по словам чиновников, знакомых с ходом обсуждений, часть лидеров в Европе и арабских странах Персидского залива сомневается, что полноценное мирное урегулирование удастся оформить быстро. Они ожидают, что на решение таких вопросов, как будущее иранской ядерной программы, могут уйти месяцы. На пути к долгосрочному и всеобъемлющему соглашению остается несколько серьезных препятствий.

После начала войны Иран перекрыл доступ к этому ключевому маршруту, через который в обычных условиях проходит около пятой части мировых поставок нефти и сжиженного природного газа, что вызвало резкий рост цен на энергоносители. При этом собственный экспорт нефти через Ормуз Тегеран продолжал, а проход другим судам разрешал лишь выборочно — часто после переговоров о безопасном транзите и, как сообщалось, иногда после требований выплатить до $2 млн.

Поскольку ежедневное движение через пролив оставалось резко ограниченным, а переговоры в Пакистане завершились безрезультатно, США ввели блокаду судов, которые уже заходили или направляются в иранские порты. Эта мера должна сократить иранский нефтяной экспорт и усилить экономическое давление на режим в Тегеране, добиваясь восстановления прежнего статуса пролива как зоны свободного и беспошлинного прохода для всех судов.

Хотя министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи 17 апреля заявил, что Ормуз «полностью открыт», условия прохода по-прежнему определяет сам Иран. Судя по всему, доступ увязан с соблюдением режима прекращения огня между Израилем и Ливаном, а пересекать пролив могут только коммерческие суда по маршруту, согласованному с иранскими военными.

Тегеран неоднократно давал понять, что намерен сохранить контроль над проливом и в более долгосрочной перспективе, а также работает над законодательством о взимании транзитных сборов. Маловероятно, что он легко откажется от этого рычага влияния на водный путь — а вместе с ним и на мировую экономику — без существенных уступок со стороны США. Иран уже переживал длительные периоды резкого падения нефтяного экспорта, в том числе во время первого срока Трампа, когда Вашингтон проводил политику «максимального давления» через жесткие санкции.

Трамп заявил, что американская блокада сохранится до тех пор, пока более широкая сделка не будет завершена «на 100%».

По словам Трампа, переговоры в Пакистане завершились неудачей из-за отказа Ирана отказаться от своей ядерной программы. США добиваются ликвидации иранских ядерных возможностей — за исключением гражданской электростанции в Бушере — чтобы исключить создание атомной бомбы. Иран давно отвергает обвинения в стремлении разработать ядерное оружие, хотя некоторые западные правительства относятся к этим заявлениям с недоверием. Тегеран настаивает, что имеет право обогащать уран в мирных целях.

Трамп отверг предположения, что предметом переговоров может стать временный мораторий на обогащение урана, и заявил, что Иран якобы согласился бессрочно приостановить свою ядерную программу. Axios со ссылкой на двух американских чиновников сообщил, что США рассматривают возможность разблокировать $20 млрд замороженных иранских средств в обмен на отказ Тегерана от запасов обогащенного урана. Сам Трамп, впрочем, утверждает, что «никакие деньги ни в какой форме, ни при каких обстоятельствах передаваться не будут».

В последний раз агентство ООН по ядерному надзору смогло подтвердить объемы иранских запасов урана еще до ударов США и Израиля в июне 2025 года. Тогда инспекторы установили, что Иран накопил 441 килограмм урана, обогащенного до 60%, и при дальнейшем обогащении этого объема хватило бы примерно на дюжину ядерных бомб. Где сейчас находится этот запас и в каком он состоянии, неизвестно.

Продолжение конфликта в Ливане, где Израиль параллельно ведет войну против поддерживаемой Ираном «Хезболлы», также ставит под угрозу усилия США по прекращению боевых действий с Ираном.

Хотя Израиль согласился вместе с США на двухнедельную паузу в атаках против Ирана, удары по Ливану он поначалу продолжил. Спикер парламента Ирана Мохаммад Багер Галибаф, участвовавший в переговорах в Пакистане, заявил, что «прекращение огня в Ливане так же важно, как и прекращение огня в Иране».

Параллельно Вашингтон вел отдельный дипломатический трек, пытаясь снизить напряженность вокруг Ливана. Трамп 16 апреля сообщил, что Израиль и Ливан договорились о 10-дневном прекращении огня и что американские представители будут работать с обеими сторонами, пытаясь добиться устойчивого мира. «Хезболла» в этих переговорах не участвовала, хотя за ночь прекратила ракетные обстрелы территории Израиля.

Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху заявил, что израильские силы останутся в так называемой «зоне безопасности» на юге Ливана на весь срок перемирия. Одним из его ключевых требований на мирных переговорах остается разоружение «Хезболлы». Сама группировка отвергает попытки ликвидировать ее военный потенциал, а правительство Ливана и ранее не смогло ее разоружить.

США также добиваются от Ирана ограничений на баллистическую программу. Эти ракеты представляют собой обычную военную угрозу, способную выходить за пределы Ближнего Востока, и в случае желания Тегерана могли бы стать средством доставки ядерной боеголовки.

Администрация Трампа требует и прекращения поставок оружия и финансирования региональных вооруженных группировок, в том числе «Хезболлы» в Ливане и хуситов в Йемене, которые США считают террористическими организациями. Сам Иран рассматривает эти силы как часть своей «оси сопротивления», через которую он проецирует влияние на Ближнем Востоке.

Среди других иранских условий мирного соглашения — снятие санкций, на что США ранее допускали готовность пойти, а также требования, которые в Вашингтоне, вероятно, сочтут неприемлемыми, включая компенсацию за ущерб от войны и вывод американских боевых сил из региона.

Не исключено, что под политическим и экономическим давлением Трамп будет готов отойти от своих максималистских требований и оставить часть ключевых вопросов нерешенными, если это позволит найти выход из войны. Конфликт уже поднял цены на бензин в США выше $4 за галлон впервые с 2022 года, усилив давление на потребителей в преддверии промежуточных выборов, которые пройдут позже в этом году.