Жители Тегерана живут в ожидании войны после ультиматума США

На фоне того как Дональд Трамп усиливал угрозы удара по Ирану, ночная гроза над Тегераном недавно заставила некоторых жителей столицы вскочить с постелей и выбежать к окнам и на крыши — многие решили, что давно ожидаемое столкновение наконец началось.

Тревога оказалась ложной. Но ощущение надвигающейся беды лишь усилилось. В четверг президент США предупредил Иран, что у него есть «максимум» 15 дней, чтобы заключить сделку, иначе «произойдут плохие вещи». Вашингтон тем временем сосредоточил на Ближнем Востоке одну из крупнейших военных группировок со времен войны в Ираке в 2003 году.

Жители Тегерана — многие из которых до сих пор не оправились от войны с Израилем в июне и жесткого разгона антиправительственных протестов в прошлом месяце — опасаются, что возвращение насилия стало лишь вопросом времени.

По всей столице говорят о бессонных ночах. Фармацевты отмечают рост спроса на успокоительные и препараты от давления. Другие спешат делать запасы — наполняют тележки рисом, бобами и моющими средствами и выстраиваются в длинные очереди на кассах.

«Я останусь в Тегеране», — сказал Хомайюн, отставной госслужащий, как и другие собеседники использовавший псевдоним ради безопасности. По его словам, он слишком измотан, чтобы бежать из города. «Меня убьет либо Исламская республика, либо США, но я никуда не поеду. В этой стране, похоже, невозможно даже умереть обычной смертью».

Даже до грозы напряжение в городе было на пределе. Во время празднований годовщины Исламской революции 1979 года на прошлой неделе сторонники режима патрулировали кварталы, скандировали лозунги и запускали фейерверки до глубокой ночи. Для многих, уже живших в ожидании худшего, эти сцены выглядели пугающе.

«Когда они пришли на нашу улицу, я подумала, что США начали атаку», — рассказала Сохейла, женщина около шестидесяти лет, живущая в районе Тегерана выше среднего достатка. Она объяснила, что решила, будто люди выбегают из домов из-за удара. «С той ночи у меня поднялось давление. Врачи говорят, что это стресс из-за страха войны».

В июне, когда Израиль нанес удар по Ирану, что привело к 12-дневной войне и интенсивным бомбардировкам Тегерана, страну накрыла волна национализма. Многие иранцы тогда сплотились вокруг флага и проигнорировали призывы Израиля к восстанию против теократии, несмотря на разочарование в собственных лидерах.

Теперь, после жесткого разгона антиправительственных протестов в прошлом месяце, эмоциональный фон стал куда более противоречивым.

На этой неделе по стране прошла волна траурных церемоний, приуроченных к 40 дням — важной дате в иранской культурной традиции — со дня гибели участников протестов. Эти события стали самым смертоносным эпизодом в Иране со времен революции.

Правозащитная группа HRANA заявила, что подтвердила более 7 000 погибших и продолжает проверку новых случаев. Многие иранцы возлагают основную ответственность за насилие на силовые структуры, тогда как власти обвиняют вооруженных провокаторов, поддерживаемых иностранными государствами, и называют значительно меньшую цифру — 3 117 погибших.

Власти президента Масуда Пезешкиана попытались сдержать общественное возмущение после разгона протестов — пообещали повысить зарплаты госслужащим и неоднократно выражали соболезнования семьям погибших. Впервые за все это время даже верховный лидер страны, аятолла Али Хаменеи, заявил в этом месяце, что скорбит по поводу гибели невинных людей.

Однако для многих иранцев такие жесты не стали убедительными. Все больше людей считают, что разрыв между государством и обществом уже невозможно залатать.

«Это наполняет меня яростью и чувством мести», — сказала Моджган, учительница около сорока лет, рассказывая о том, как смотрела видеозаписи недавних траурных церемоний. «Это напоминает мне мой развод с бывшим мужем. Я просто хотела, чтобы он исчез — независимо от последствий. Я хочу, чтобы Исламская республика ушла, и мне все равно, что придет ей на смену».

Некоторые иранцы опасаются, что публичная критика угроз США в адрес Ирана из-за ядерной программы Исламской республики может быть истолкована властями как поддержка самой теократии и ее политики. Есть и те, кто начинает воспринимать войну как возможный выход из нынешнего тупика.

Насрин, сотрудница частной компании, участвовавшая в протестах, сказала, что «десятилетиями мы выбирали между плохим и еще худшим». «Теперь я хочу, чтобы страна пошла в одном направлении».

Все это формирует гнетущую атмосферу — несмотря на начало священного для мусульман месяца Рамадан и приближающиеся в следующем месяце празднования Новруза, персидского Нового года.

Торговцы, чьи лавки в это время года обычно переполнены покупателями, готовящимися к праздничным ужинам и торжествам, говорят о почти полном застое.

«К этому моменту я бы уже пополнил запасы, а люди покупали бы продукты к праздникам», — рассказал владелец продуктовой лавки в центре Тегерана. «В этом году никто этого не сделал. Так мы просто не выживем».

Мехди, подрядчик в строительной сфере, говорит, что оказался не в состоянии продолжать обычную жизнь. «Мы зажаты между режимом, который не готов уступать, и США с Израилем, которые тоже не собираются отступать», — сказал он. «С таким уровнем неопределенности невозможно жить».