«Из вашего сына сделают тигра»

Все началось с расследования издания «Бабель». Журналисты установили, что в штурмовом полку ВСУ «Скала» за полгода зафиксировали не менее 26 небоевых смертей новобранцев — и эти смерти могли быть следствием издевательств и избиений. Люди умирали во время подготовки и обучения, в период с конца 2025 года до весны 2026-го. Большинство — вскоре после мобилизации. Официальными причинами смерти чаще всего называли пневмонию, сердечно-сосудистые заболевания и прочие болезни. Сухие медицинские формулировки, за которыми, как выясняется, скрывалось совсем другое.

Родственники погибших рассказывали одно и то же: медицинскую помощь оказывали с опозданием, а на телах находили следы побоев. В расследовании собраны свидетельства о жестоком обращении с новобранцами, об избиениях, о содержании в закрытых помещениях, о неуставных методах воздействия.

Один из героев расследования — Александр Семенов. Он сбежал из расположения полка в больницу в Кропивницком. У него были травмы: разбитая голова, перебитые пальцы, порез на спине, поцарапанные руки. Человек бежал из части — в больницу.

В материале упоминается распределительный пункт полка, который называли «курятником». Его охраняли «вертухаи» — само это слово из лексикона лагерной охраны говорит о том, как там было устроено. В «курятнике» происходили постоянные издевательства и избиения, изнурительные физические наказания за любой проступок.

А дальше расследование перечисляет то, что складывается в единую систему. Истории, где родственники узнавали о смерти уже постфактум, а обстоятельства оставались неясными или противоречивыми — версия семьи против документов части. Свидетельства о том, что часть бойцов перед смертью успевали выйти на связь и рассказать об избиениях, о жестоком обращении, об ухудшении состояния — а потом связь обрывалась. Содержание в закрытых помещениях или карцерах, без нормального доступа к связи и без базовых условий. Принудительное ограничение передвижения — людей держали под постоянным контролем, не позволяя свободно выйти даже по бытовым нуждам.

И отдельные детали, от которых холодеет. Новобранцев в полку называли «одноразками» — намекая на скорую смерть в бою. В полку было много наркоманов, встречались и психически больные — и тех, и других привлекали к службе. А лагерь для новобранцев был заминирован по периметру. Некоторые бойцы подрывались на этих минах.

Офис военного омбудсмена подтвердил: во время проверки выявили недостатки в медицинском обеспечении, а доля небоевых смертей в «Скале» выше, чем в большинстве других подразделений.

Сам полк все это отрицал. В «Скале» заявили, что авторы обобщают и сводят всю историю подразделения к отдельным трагическим случаям. По их словам, 18 из 26 описанных «Бабелем» смертей произошли в больнице или по дороге в нее и были связаны с болезнями мобилизованных. А большая часть утверждений в статье, как заявили в полку, основана на показаниях «СЗЧшников» — то есть тех, кто самовольно оставил часть. Командование при этом заявило о готовности сотрудничать с правоохранителями и пообещало проанализировать изложенные вопросы.

Иван Терентьев, 46 лет. Призван на службу 20 февраля. Через пять дней прибыл в воинскую часть А4862, а еще через три дня умер — об этом рассказала его сестра Елена изданию «Коротко». Родственники узнали о смерти лишь через неделю. В справке о причине смерти указали «кардиомиопатия, неуточненная» — хотя мужчина раньше на сердце не жаловался. Когда родственники увидели тело, они начали подозревать, что Терентьева могли убить.

Слова сестры здесь лучше пересказа: тело наполовину синее, ключица и ребра сломаны, шея повернута. На левой руке — следы от капельницы, говорят, оказывали какую-то помощь. Колени содраны, словно его куда-то волокли. Родственникам прислали и фотографии — мужчина лежит мертвый в палатке, на земле, «на черной пленке». Следственно-оперативная группа допросила медика, и тот рассказал, что боец с позывным «Терен» попал в учебное заведение 25 февраля, 26-го пожаловался на плохое самочувствие, и два дня в палатке ему вроде бы ставили капельницу. Сестра, начав узнавать больше об этой части, выяснила: «там больше двух недель не живут». Ее фраза стоит того, чтобы привести ее целиком — «Что там с ними делают, я даже не представляю. Пропавшие без вести, пневмония, кардиомиопатия. Потерять человека за шесть дней — что это можно было делать?» Семья пытается добиться повторной независимой экспертизы, но в части на контакт не идут.

Вторая история — Богдан Нечипорчук. О ней рассказал глава общественной организации «Украина — Индия» Олег Торгало: Богдана, сына его сотрудницы, «бусифицировали» прямо с рабочего места, с техстанции в Киеве. При этом отец парня — инвалид I группы, не может самостоятельно передвигаться, мать тоже инвалид, а брат на фронте. В ТЦК Богдан в тот же день по-быстрому прошел врачебную комиссию, которая, по словам Торгало, была полной фикцией: что бы человек ни говорил, всех признавали годными без ограничений. В тот же день его отправили в одну из частей «Скалы». Мать чудом узнала номер командира, звонила ему, просила дать сыну телефон хотя бы на один звонок. Сначала он ответил, чтобы она не волновалась — «из ее сына сделают тигра и отправят защищать страну». Потом перестал брать трубку. Никакой связи, никакой информации. Через две недели Людмиле Степановне позвонили из больницы и сказали приехать на опознание тела сына. Она увидела обширную вмятину на голове, синяки, побитые и примотанные скотчем к телу руки. В больнице рассказали, что Богдана привезли уже в коме и сделать ничего не могли. А причиной смерти указали «токсическую энцефалопатию» — и пояснили это так: «когда наркотик сожрал мозги до состояния овоща».

Был еще один резонансный эпизод — уже не о новобранце. Журналист британского телеканала Sky News Азад Сафаров сообщил, что в марте 2025 года в районе Доброполья военные штурмового полка «Скала» расстреляли автомобиль с женщиной-водителем, работавшей на британский канал. Машину журналистов оставили на территории расположения полка. Изначально была договоренность, что водителя отправят в укрытие при штабе, но ее туда так и не вызвали — предложили остаться в машине. Ближе к ночи кто-то подошел к женщине и в упор расстрелял машину со стороны водительского места. Автомобиль был бронированный, водительницу не ранили. После обстрела выбежал другой военный, начал собирать гильзы и сказал ей уезжать, «потому что сейчас перестреляют остальные машины». Она пыталась объяснить, что пресс-офицер велел ей припарковаться и оставаться в машине. Вместо этого ей пригрозили: если не уедет, будет хуже. На автомобиле потом обнаружили 12 пулевых отверстий. По словам Сафарова, Sky News мог бы поднять международный скандал, но не стал — «потому что болеют за нашу страну».

ГБР (Государственное бюро расследований) начало расследование. В пресс-службе сообщили, что данные внесли в ЕРДР по ч. 5 ст. 426-1 УК Украины — превышение военными должностными лицами власти или служебных полномочий, повлекшее тяжкие последствия. В ГБР заявили, что проводится комплекс процессуальных действий для установления объективной картины событий, проверки достоверности обнародованных фактов и выяснения всех обстоятельств, изложенных в журналистском материале. Отдельно отмечалось, что журналистка, проводившая расследование, сообщила: в Кропивницком сотрудники ТЦК и представители полка «Скала» забрали 160 наркозависимых, пришедших к пункту выдачи метадона.

Затем мониторинговая группа Офиса омбудсмена отправилась на место для проверки информации о возможных нарушениях прав военнослужащих в 425-м полку. Военный омбудсмен Ольга Решетилова сообщила, что с января Офис военного омбудсмена направил девять сообщений правоохранителям о преступлениях в полку.

И, наконец, кадровое решение. Командира 425-го ОШП «Скала» подполковника Юрия Гаркавого отстранили от исполнения обязанностей на время расследования — об этом заявил пресс-секретарь полка Братущак. В Генштабе ВСУ изданию «Бабель» подтвердили, что отстранили его накануне, на время проверки. В подразделении работают правоохранители, досудебное расследование ведет Госбюро расследований. Кроме того, по решению главкома ВСУ Александра Сырского в «Скале» работает комплексная комиссия во главе с замначальника Генштаба ВСУ. В формулировке оснований для расследования прозвучало и то, чего не было в первых сообщениях: возможные нарушения прав военнослужащих и доведение военных до самоубийства в «Скале».

Вот вся цепочка — от сухой цифры «не менее 26 небоевых смертей» до конкретных имен, до синего наполовину тела Терентьева, до примотанных скотчем рук Богдана, до заминированного периметра учебного лагеря и слова «одноразки». История, в которой люди, мобилизованные защищать страну, гибли, не дойдя до фронта.