Brent за сутки подорожала более чем на 13% и достигла рекордного уровня с начала войны 28 февраля. В последний раз цена Brent поднималась выше $120 после российского вторжения в Украину в 2022 году, когда она доходила до $139.
На этой неделе нефтяные рынки встревожила готовность Дональда Трампа сохранять блокаду иранских портов силами ВМС США. В ответ Иран продолжает фактически держать Ормузский пролив закрытым для других нефтяных танкеров.
Запланированные на выходные переговоры США и Ирана в Исламабаде не состоялись, и тупик сохраняется. В среду Трамп заявил, что Ирану «лучше поумнеть как можно скорее», а на встрече с руководителями нефтяных компаний обсуждал, какие шаги позволят «продолжать нынешнюю блокаду месяцами, если понадобится», сообщил представитель Белого дома.
В Вашингтоне рассчитывают, что блокада вынудит Иран заглушить нефтяные скважины и остановить добычу, когда его нефтяная инфраструктура, включая остров Харк, будет заполнена до предела. Аналитики не уверены, сколько времени на это потребуется.
«Блокада в каком-то смысле эффективнее бомбардировок», — сказал Трамп Axios. «Они задыхаются, как откормленная свинья».
Война приближается к десятой неделе, хотя изначально Трамп рассчитывал на конфликт продолжительностью четыре-шесть недель, после которого Тегеран должен был уступить. Пока пролив остается перекрытым, мировые поставки нефти ежедневно сокращаются почти на 20 млн баррелей.
Oxford Economics предупредила в своем блоге, что шестимесячный тупик в Ормузском проливе может поднять цены на нефть до $190 за баррель уже к августу.
По словам рыночного стратега Deutsche Bank Джима Рида, скачок нефтяных цен подпитывает «растущие опасения по поводу затяжного стагфляционного шока» и толкает вверх доходности государственных облигаций.
«За ночь доходность десятилетних облигаций Японии поднялась до 2,51%, что стало бы самым высоким уровнем закрытия с 1997 года. Похожая картина наблюдалась и в Европе: доходность десятилетних немецких bund достигла максимума с 2011 года — 3,11%, а доходность десятилетних британских gilt поднялась до максимума с 2008 года — 5,07%», — добавил Рид.
Экономист Пол Кругман, бывший колумнист The New York Times, заявил, что, по его мнению, большинство аналитиков «слишком беспечно» оценивают последствия затяжного кризиса вокруг Ормузского пролива.
«На мой взгляд, полноценная глобальная рецессия более вероятна, чем нет, если пролив останется закрытым, скажем, еще три месяца, что выглядит вполне возможным», — написал он 20 апреля на Substack.
В 2008 году, во время мирового финансового кризиса, нефть достигала рекордных уровней: цена сырья кратко поднималась примерно до $147. Через две недели после первых ударов США и Израиля по Ирану Тегеран заявил, что миру следует готовиться к нефти по $200 за баррель.
Последствия шока предложения вышли далеко за пределы роста цен на бензин. Они распространились по мировой экономике, усилили инфляцию и вызвали опасения по поводу приближающейся глобальной рецессии.
В США инфляция резко ускорилась в марте: цены выросли на 3,3% в годовом выражении. По другую сторону Атлантики Британии, по предупреждению одного аналитического центра, война грозит экономическим ущербом на £35 млрд и риском рецессии в 2026 году.
Пока Конгресс допрашивал министра обороны США Пита Хегсета о растущей стоимости войны и ее стратегии, министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи провел день в телефонных разговорах с Индией, Кенией и Польшей, пытаясь укрепить поддержку Тегерана в противостоянии с Вашингтоном.