Иран, по всей вероятности, получил сотни миллионов долларов дополнительного дохода от экспорта нефти с начала войны, воспользовавшись ростом цен на свое сырье после того, как оказался единственным крупным поставщиком, способным использовать Ормузский пролив.
Тегеран выигрывает от сложившейся ситуации сразу в двух измерениях. Его основной сорт нефти продается, преимущественно в Китай, с минимальным за более чем десять месяцев дисконтом к Brent. Одновременно сам международный бенчмарк на фоне ударов поднялся выше $100 за баррель.
Объемы экспорта, по оценкам, в этом месяце остаются близкими к довоенному уровню — около 1,6 млн баррелей в сутки. Танкерные поставки продолжают загружаться на терминале Харк и покидать Персидский залив через Ормузский пролив — причем в последнее время активность даже усилилась.
Это резко контрастирует с фактической блокадой поставок других производителей Персидского залива.
Несмотря на ежедневные авиаудары США и Израиля, финансовые возможности Тегерана остаются устойчивыми благодаря сохранению нефтяных доходов. Более того, Иран может получить дополнительную выгоду после того, как Вашингтон, стремясь смягчить влияние войны на цены, неожиданно временно приостановил санкции в отношении части иранской нефти, уже находившейся в море на танкерах.
«Администрация Трампа фактически умоляет Иран продавать нефть», — заявил Ричард Нефью, старший научный сотрудник Центра глобальной энергетической политики Колумбийского университета, ранее занимавший должности в Госдепартаменте США, включая пост заместителя спецпосланника по Ирану и координатора санкционной политики. «Я бы ожидал, что пресечение иранских нефтяных продаж станет приоритетом для США».
Согласно оценкам TankerTrackers.com и ценам на основной экспортный сорт Iranian Light, в марте Тегеран зарабатывал около $139 млн в день на его продаже — против $115 млн в феврале.
Иранская нефть заметно подорожала относительно Brent: дисконт сократился до $2,10 за баррель в начале недели — это минимальный уровень почти за год. До начала войны разница превышала $10.
Рост цены за баррель имеет для Ирана критическое значение на фоне масштабного ущерба от ударов США и Израиля и предстоящих затрат на восстановление экономики. Дополнительное давление создает и необходимость пополнения арсеналов после ответных ударов по целям на Ближнем Востоке.
Пока такие страны, как Ирак и Кувейт, были вынуждены резко сократить добычу, а ОАЭ и Саудовская Аравия — искать альтернативные маршруты экспорта, Иран продолжал отгружать нефть и выводить танкеры из Персидского залива.
С 1 по 23 марта экспорт составлял в среднем около 1,6 млн баррелей в сутки — почти на уровне довоенных показателей, свидетельствуют данные TankerTrackers.com. При этом еще до начала войны 28 февраля объемы поставок были аномально высокими: в феврале загрузка достигла максимума примерно с июля 2018 года, следует из данных Kpler.
Нефтяная инфраструктура на острове Харк — ключевом экспортном узле страны — не подверглась ударам США, которые ограничились военными объектами. Спутниковые снимки Copernicus Browser Европейского союза за период с 2 по 22 марта фиксируют присутствие крупных нефтеналивных судов у терминала во все эти дни.
Интенсивность операций, судя по снимкам, растет: если 2 марта у Харка находился один супертанкер, то на изображениях от 7 и 17 марта уже видно по два судна, принимающих груз. На последнем снимке, сделанном в воскресенье, у терминала пришвартованы два VLCC, а третье, по всей видимости, недавно покинул
Иран также отгружает нефть через терминал Джаск, расположенный за пределами Ормузского пролива. Спутниковый снимок от 5 марта показывает супертанкер, подходящий к погрузочному буйку, а изображение, сделанное тремя днями позже, фиксирует это же судно уже у причала.
Поставки через Джаск обычно носят эпизодический характер — с момента официального открытия терминала в 2021 году там было загружено лишь пять танкеров.
Дополнительный доход Иран получает и за счет транзитных сборов: с некоторых коммерческих судов, проходящих через пролив, взимается до $2 млн.
Активность на нефтяном терминале Ирана на острове Харк. 22 марта 2026 года.
На этом фоне нефтяные доходы других стран Персидского залива в ходе войны существенно сократились. Удары затронули широкий спектр энергетической инфраструктуры — от месторождений нефти и газа до перерабатывающих заводов и портов. Миллиардный ущерб был нанесен катарскому комплексу Рас-Лаффан — крупнейшему в мире экспортному узлу сжиженного природного газа, что приведет к снижению добычи на годы.
Энергетическая инфраструктура Ирана в целом избежала разрушений, за исключением израильских ударов по крупнейшему газовому месторождению Южный Парс на прошлой неделе. В ответ Исламская Республика нанесла удары по нефтегазовым объектам арабских стран Персидского залива.
В выходные президент США Дональд Трамп пригрозил атаковать энергетическую инфраструктуру Ирана, если тот не откроет Ормузский пролив. Уже в понедельник он смягчил риторику, сославшись на «очень хорошие и продуктивные переговоры» с Тегераном о завершении войны.
Иранские власти отрицают сам факт переговоров, отклоняют предложенное США перемирие и продолжают наносить удары по Израилю и странам Персидского залива, тем самым подрывая усилия Вашингтона по прекращению конфликта.