Сооснователи Global Counsel уверяли, что не имели дел с Джеффри Эпштейном

Электронная переписка 2010 года, опубликованная в так называемых «файлах Эпштейна», ставит под сомнение попытки Бенджамина Вегг-Проссера, генерального директора Global Counsel и давнего соратника Мандельсона, дистанцировать компанию от осужденного за сексуальные преступления против несовершеннолетних. Среди клиентов фирмы значатся крупные корпорации, включая JPMorgan, Palantir и Anglo American.

Сооснователь Global Counsel Вегг-Проссер встречался с Эпштейном в Нью-Йорке для обсуждения будущего бизнеса еще до официального запуска компании и переписывался с ним о стоимости возможной сделки с Lazard. Он также напрямую писал Эпштейну как минимум дважды, в том числе запрашивая номер его мобильного телефона, чтобы передать пароль для рукописи книги Мандельсона.

В сентябре прошлого года, после того как Мандельсон ушел с поста посла Великобритании в США на фоне утечки писем, показавших масштаб его контактов с Эпштейном уже после приговора 2008 года, Вегг-Проссер разослал директорам Global Counsel письмо с утверждением, что «GC никогда не имела никаких дел с Джеффри Эпштейном».

В этом сообщении Вегг-Проссер также приложил шаблон письма для клиентов, где говорилось: «Мы хотели бы заверить вас, что у GC никогда не было никаких деловых отношений или связей с Джеффри Эпштейном ни в какой форме».

Однако материалы, опубликованные на прошлой неделе Министерством юстиции США, показывают, что связи Эпштейна с сооснователями компании с самого начала были гораздо глубже, чем утверждалось публично.

Из переписки следует, что в феврале 2010 года Вегг-Проссер встречался с Эпштейном, чтобы получить его советы по бизнес-плану Global Counsel. Накануне встречи Мандельсон писал Эпштейну: «Бен прилетает в Нью-Йорк, чтобы встретиться с тобой и изложить бизнес-план».

В тот момент Эпштейн находился под пробационным надзором и домашним арестом в Нью-Йорке после отбытия тюремного срока по делу о склонении несовершеннолетней к занятию проституцией.

Источник, близкий к Вегг-Проссеру, утверждает, что тот пошел на встречу по совету Мандельсона, а сам разговор длился всего 25 минут и больше они не виделись. Однако недавно обнародованные документы показывают, что после этого контакта Вегг-Проссер как минимум еще дважды напрямую переписывался с Эпштейном.

В письме Мандельсону от 2 марта, отправленном спустя неделю после встречи, Эпштейн охарактеризовал Вегг-Проссера как человека, «чувствительного к медиа, с хорошим чутьем на коммуникацию», но при этом с «слабым» деловым мышлением.

Он писал, что Вегг-Проссер «может открывать двери, следить, чтобы все были довольны, организовывать персонал — и наверху, и внизу, — но программу должен определять ты». В завершение Эпштейн призвал Мандельсона «направить этот значительный ум на помощь самому себе».

3 августа Мандельсон изложил Эпштейну свое видение нового консалтингового бизнеса, впоследствии получившего название Global Counsel. «В чем заключается предложение нового консультативного бизнеса?» — писал он в служебной записке. — «Мы — политические люди, оказывающие услуги бизнесу… наше уникальное торговое предложение — политика, а не бизнес… мы политические советники, а не финансовые консультанты и не инвестиционные банкиры».

В том же документе Мандельсон сообщил Эпштейну, что намерен давать «чисто политические консультации» правительствам и их лидерам, предполагая, что со временем такими клиентами могут стать «Южная Африка, Катар, Китай». Среди возможных корпоративных клиентов он также называл медиагигантов Universal и Time Warner.

В числе других потенциальных адресатов он упоминал Сбербанк России, контрольный пакет которого принадлежит государству, а также индийскую группу Essar, которая позднее оказалась втянута в налоговый спор.

7 ноября 2010 года Мандельсон писал Эпштейну: «Надеюсь, ты присматриваешься к состоятельным людям, которым может понадобиться Global Counsel». На следующий день Эпштейн поинтересовался, «будет ли Олег в Париже с четверга по воскресенье или в Москве на следующей неделе». Это письмо было переслано Вегг-Проссеру, который напрямую ответил Эпштейну: «проверю».

Источник, близкий к Global Counsel, утверждает, что Вегг-Проссер действовал «почти как секретарь» Мандельсона и передавал сообщения Эпштейну лишь по его указанию.

14 ноября 2010 года, после того как Вегг-Проссер уведомил Мандельсона о возвращении из поездки, Мандельсон переслал Эпштейну вложенный файл с таблицей под названием «lead list 12.11.10».

Представитель Global Counsel заявил: «Global Counsel была основана Беном Вегг-Проссером совместно с Питером Мандельсоном и при стартовых инвестициях WPP plc в ноябре 2010 года. Эпштейн не играл никакой роли в создании или последующей деятельности Global Counsel ни в каком виде».

Он добавил: «Как и Гордон Браун и многие другие, мы лишь сейчас узнаем о полном масштабе поведения Мандельсона».

Источник, близкий к компании, сообщил, что Вегг-Проссер использовался Мандельсоном исключительно как посредник и что между сооснователями произошел разрыв именно из-за отношений Мандельсона с Эпштейном, которые Вегг-Проссер не одобрял.

Однако другой человек, знакомый с ситуацией в Global Counsel, заявил: «Он был генеральным директором. Он не был секретарем или просто помощником».

Второй источник, осведомленный о деталях дела: «Бен утверждал, что никогда не имел с ним никакого отношения. Это неправда. Они встречались, чтобы обсуждать бизнес-план в 2010 году, а позднее в том же году основали компанию.

Я работаю с очень талантливыми и порядочными людьми в Global Counsel. Мне их жаль. Их тоже ввели в заблуждение.

Совет директоров должен задать Бену вопросы — потребовать объяснить, что здесь на самом деле происходило… Бен был помощником Питера на протяжении 20 лет. Питер находится под уголовным расследованием. Что знал Бен? Уже в 2011 году он напрямую координировал запросы с Джеффри».